Внимание! Появился новый Урсосан 500мг в таблетках!                                                                   Внимание! Появился новый Урсосан 500мг в таблетках!                                                                   Внимание! Появился новый Урсосан 500мг в таблетках!                                                                   Внимание! Появился новый Урсосан 500мг в таблетках!                                                                   Внимание! Появился новый Урсосан 500мг в таблетках!                                                                   Внимание! Появился новый Урсосан 500мг в таблетках!
ГДЕ КУПИТЬ

А. Р. Рейзис Главы из будущей книги «НЕУМИРАЮЩЕЕ ИСКУССТВО ВРАЧЕВАНИЯ

Проект «Новости на сайте www.ursosan.ru» позволит:
  • одними из первых узнавать новые данные о действующем веществе препарата УРСОСАН, появляющиеся в мировой литературе;
  • улавливать дальнейшие направления и тенденции развития и возможностей его применения.

11.12.2014
А. Р. Рейзис Главы из будущей книги «НЕУМИРАЮЩЕЕ ИСКУССТВО ВРАЧЕВАНИЯ

В наше замечательное в плане развития мировой медицины время ни одно новое лекарство не попадает в аптеки и в руки врача, не пройдя, как сквозь мелкое сито, через серию обязательных испытаний - и доклинических (в пробирках и на животных), и клинических с участием добровольцев. При клинических испытаниях одним пациентам дают лекарство, другим плацебо («пустышку»), и тщательно изучают, насколько оно эффективно и безопасно.

 Это называется «доказательная медицина» и является, безусловно, большим благом. Но (ох, это обязательное «но»!) пациенты для этих испытаний подбираются специально по жестким критериям. Это делается специально для чистоты исследования. Оно и получается очень чистым, почти стерильным. А обычная каждодневная практика – как болотная водица против дистиллированной воды. Перед тобой живой человек с кучей дополнительных болячек, особенностей характера и жизненных обстоятельств, в которых медикамент может повести себя непредсказуемо. Любое лекарство должно пройти главное горнило – испытание практикой, и только здесь решается судьба препарата: будет ли это очередная однодневка или ему суждена долгая и счастливая жизнь.

Врач начинает применять новое лекарство. Первые успехи и благоприятные впечтления окрыляют, но уверенность можно обрести, только изучая собственный опыт применения препарата в условиях «окопной правды».

У каждого врача есть свои препараты – «любимчики», которые изучил досконально, в которых уверен, которые не подведут. Одним из таких лекарств для меня является препарат урсодеоксихолевой кислоты урсосан. Производящая его фирма Про.Мед.Прага когда-то обратилась ко мне с просьбой испытать его. Было это более 20 лет назад в очень сложные 90-ые годы и представлялось большой удачей. Но, получая бесплатно препарат для изучения в клинике, я не могла взять на себя обязательства получить заведомо хорошие результаты. Я сказала, что возьму  только с условием, что опубликую такие данные, которые действительно получатся. И услышала от представителей фирмы неожиданное: «А мы и хотим знать истину, потому и обращаемся к Вам!»

Так начался долгоиграющий «служебный роман» с этими удивительными людьми и замечательным препаратом. Этот «брак не по расчету, а по любви» длится по сей день, и «виноват» в этом в первую очередь сам препарат. Чем дальше мы его применяем и глубже изучаем, тем больше он помогает нам работать, а нашим пациентам – жить.

Таню П. 1996 года рождения, мама привезла на прием из далёкого Петрозаводска с гепатитом невыясненной этиологии в 2000г. Ребенок родился с множественными пороками развития: врожденный порок сердца, сужение мочеточников, синдром Марфана (наследственная патология соединительной ткани). Девочка сильно отставала в физическом развитии. Достаточно сказать, что в годовалом возрасте она весила 6670г. В связи с сужением мочеточников развилась инфекция мочевых путей – двусторонний хронический пиелонефрит, а в мае 1998г. впервые обнаружено поражение печени. Печеночные ферменты были повышены в 2-3 раза, при этом поворные обследования на вирусные гепатиты были отрицательными.

Изменения держались упорно, а характер поражения печени оставался неясным. И через 2.5 года от начала гепатита девочка оказалась под моим наблюдением. Было предпринято максимально широкое обследование для исключения всех известных видов заболеваний, так или иначе связанных с поражением печени. Все они дали отрицательный результат. И лишь исследование печеночных аутоантител выявило значительное повышение уровня одного из них (антинуклеарный фактор 1:640) и позволило поставить диагноз. Это был аутоиммунный гепатит 1 типа умеренной активности с уже довольно выраженным фиброзом.

Случай был столь серьезен,  что для окончательного решения вопроса была проведена пункционная биопсия печени, которая полностью подтвердила диагноз. В ткани печени обнаружена картина аутоиммунного гепатита и фиброз 2-3 степени Диагноз был поставлен.

Но поставив такой диагноз, мы оказались в почти безвыходном положении. С одной стороны, было невозможно «посадить» на преднизолон ребенка с такой множественной тяжелой патологией, с другой стороны – не лечить активный аутоиммунный гепатит с продвинутым фиброзом - прямая дорога к циррозу печени.

Это был первый случай, когда мы решились повести пациента с аутоиммунным гепатитом без полагающегося, обязательного преднизолона, на препарате УДХК – урсосане. К  тому времени уже было известно, что, помимо разносторонне благоприятного общего действия на печень и желчевыделение, он, конечно не так мощно, как преднизолон, но тоже способствует снижению аутоантител и патологических реакций иммунитета.

На фоне постоянного приема урсосана показатели печеночных ферментов стали улучшаться. К 2007г. нормализовались АСТ и АЛТ, к 2010г. полностью пришли в норму все печеночные пробы. Повторной биопсии печени мы не проводили, но по данным эластографии печени, не только не происходило нарастания фиброза и циррозирования, но, напротив, наблюдалось его обратное развитие: в 2008г. – 1-2 балла, в 2010г. – 0-1 балл.

Постепенно улучшилось общее состояние, приблизилось к норме физическое развитие. Последний раз девочка была на приеме в прошлом году. Миловидная 15-тилетняя девушка чувствует себя здоровой, никаких данных за неблагополучие со стороны печени нет. Она хорошо учится и хочет стать врачом.

Урсодеоксихолевая кислота называется так не случайно.    ,

«Урсос» - медведь по латыни, «медвежья» кислота – из нее почти полностью состоит желчь медведя. Как средством лечения «брюшных и печеночных заболеваний» ею предлагал пользоваться Авиценна и – еще раньше – индийские Веды. В виде медицинского препарата он появился в Японии в 50-х годах прошлого века и поначалу использовался для растворения камней в желчном пузыре (мишка полгода в берлоге лапу сосёт – и никаких камней!).

 Довольно быстро выявилось его разностороннее благоприятное действие на печень (разжижение и усиление тока желчи, защита печеночной клетки от различных токсических и других повреждающих факторов, замедление развития фиброза и др.). В результате сфера применения препаратов урсодеоксихолевой кислоты (УДХК) стала бурно расширяться, и расширяется до сих пор: их используют не только гепатологи и гастроэнтерологи, но и специалисты многих других областей медицины.

Последние 20 лет я занимаюсь УДХК, в частности, препаратом «урсосан». Более 3000 моих пациентов, взрослых и детей всех возрастов, получали и получают его в ходе практической врачебной деятельности. Более тысячи участвовали в разносторонних научных исследованиях, касающихся этого препарата, особенно важных и приоритетных у детей.

Многое из того, что за эти годы стало повседневной практикой, двадцать лет назад не было очевидным и требовало доказательств. И доказательства эти были предоставлены серией многолетних очень тщательно обставленных исследований.

Показано, что применение урсосана полезно и целесообразно при вирусных гепатитах, как острых, так и хронических. Течение этих инфекций существенно улучшается, повышается эффективность противовирусной терапии, почти вдвое снижается частота рецидивов (возврата воспаления и размножения вируса).

Особенно это важно, если вирусный гепатит, как это часто бывает, наслаивается на другие заболевания: онкологические, болезни крови, такие как лейкозы и гемофилия, наркозависимость, токсикомания, туберкулез, хронические воспалительные заболевания кишечника типа язвенного колита, болезни Крона и т.д. Мы специально изучали каждую из этих комбинаций и выяснили, что урсосан реально решает проблему защиты печени в этих ситуациях.

Мы изучили влияние препарата на течение и исходы таких заболеваний, как аутоиммунные гепатиты, лекарственные поражения печени и синдром Жильбера. Разработали практические рекомендации для врачей по применению препаратов УДХК при этих заболеваниях и состояниях. Все они вошли в соответствующие монографии и информационные письма.

 Так прикладная наука в очередной раз возвращала свой долг каждодневной врачебной практике. Так время и врачебная практика ежедневно подтверждают выводы прикладной науки. Думаю, что это и есть лучшая аттестация препарата.

Волшебное слово «апоптоз».        

Несколько лет тому назад я делала доклад по результатам наших исследований на международной конференции в Санкт-Петербурге. Речь в докладе шла не только о чисто практическом благоприятном действии УДХК, но и о наших попытках выяснить, за счет чего это происходит. Здесь мы впервые сталкиваемся с загадочным словом «апоптоз». И прежде чем рассказать о том, что произошло после этого доклада, я вынуждена расшифровать значение этого слова.

Этот биологический процесс был открыт 40 лет назад, и поначалу занимал умы преимущественно морфологов. Но в последнее время им заинтересовались и клиницисты, поскольку врачам важно иметь представление о биологических законах, которые управляют болезнями и определяют их течение.

Выяснилость, что апоптоз – это один из основных законов бытия любой живой клетки, универсальный процесс, имеющий отношение к развитию и течению всех болезней – и инфекционных, и неинфекционных. Это дирижер клеточной гибели.

 Клетки умирают только двумя способами: мгновенная смерть (некроз) или медленное запрограммированное умирание (апоптоз). При этом некроз случается тогда, когда на клетку предпринята «лобовая атака» любого повреждающего фактора (физического, химического, инфекционного). Это бывает не часто. Гораздо чаще эти факторы действуют не так резко, постепенно, но длительно. В этом случае они не убивают клетку сразу, а как бы ставят на неё «чёрную метку» смерти, задают программу умирания.

 Апоптоз идет в организме постоянно. С его помощью устраняются клетки – «инвалиды», клетки – «пенсионеры», клетки – «диссиденты» - то - есть клетки больные, старые и неправильные. В здоровом организме этот процесс должен идти обязательно, но в очень жестких рамках нормы («шаг вправо, шаг влево – расстрел»). Если он очень снижен, возможен опухолевый рост, если же резко повышен – погибнут клетки и больные, и здоровые.

А ещё у апоптоза особые взаимоотношения с фиброзом – процессом рубцевания. При некрозе (например, рана) рубец развивается через некоторое время после смерти клеток. А при апоптозе рубцевание (нарастание фиброза) идет параллельно, рука об руку с апоптозом. Значит, нормализовав апоптоз, мы можем приостановить и  рубцевание.                

В общем, очевидно, что препарат, способный влиять на апоптоз, регулировать его, удерживать в рамках нормы, был бы чрезвычайно полезен, обладал бы универсально благоприятным воздействием.

Нам показалось интересным посмотреть на этот счет УДХК, в частности, урсосан, которым мы располагали. Мы изучили его влияние на апоптоз при вирусных гепатитах и при лекарственных поражениях печени (на примере лечения туберкулеза). При вирусных гепатитах апоптоз оказался резко повышенным. Урсосан существенно снижал его, что сопровождалось клиническим и лабораторным улучшением. А при лекарственном поражении печени нарушение апоптоза неожиданно оказалось разнонаправленным: у одних повышенным, у других – сниженным. Это было очень интересно, важно и ново само по себе. Но для нас, врачей, особенно важным стало то, что урсосан демонстрировал способность влиять на апоптоз в сторону нормализации и в случае снижения его, и в случае повышения, то есть оказывал истинно регулирующее действие. Лечение урсосаном существенно улучшало течение лекарственного поражения печени (нами был получен патент на лечение урсосаном лекарственных поражений печени).

Все эти данные я приводила в своем докладе на конференции. В конце сообщения поднялся доктор из Великобритании и задал неожиданный вопрос: «Мы знаем, что процесс старения тоже связан с апоптозом. И если урсосан так замечательно влияет на апоптоз, нельзя ли его использовать, чтобы противостоять старению? И не применяю ли я сама этот препарат с этой целью?» Зал дружно засмеялся, а я ответила, что это действительно интересный аспект, заслуживающий изучения, но я не геронтолог, а педиатр. Сама же препарата в этом качестве не принимаю. Но стоит подумать...

А если подумать еще шире, то вырисовывается интересная картина. Новые препараты возникают в ответ на запросы повседневной врачебной практики, по мере совершенствования наших знаний о причинах возникновения и течения болезней. Эра бактериальных инфекций (стрептококки, стафилококки и др.) породила антибиотики. Переживаемая нами ныне эра вирусных инфекций на наших глазах порождает бум противовирусных препаратов. Думаю, что эра апоптоза как основы всех  (и инфекционных, и неинфекционных) болезней неизбежно породит препараты, регулирующие, нормализующие апоптоз. УДХК – один из первопроходцев этой новой области фармакологии, предвестник будущего.

Между тем победное шествие УДХК на фармацевтическом рынке породило волну недовольства производителей так называемых гепатопротекторов, коим нет числа. Начали предприниматься попытки самым неблаговидным образом очернить препараты УДХК – на грани прямой клеветы и некомпетентности. Появились единичные, но весьма ядовитые статьи, в которых авторы ссылаются на работы, не выдерживающие никакой профессиональной критики. Например, приводятся данные о том, что применение УДХК при атрезии желчевыводящих путей (врожденной их непроходимости) у детей вдвое увеличивает смертность от этого заболевания. Иначе и быть не может: применение УДХК при этом состоянии абсолютно противопоказано, и это прямо записано в инструкции.

Накал страстей достиг такой степени, что на Всероссийской гастронеделе в октябре 2014г. – ежегодном форуме гастроэнтерологов – было проведено дискуссионное совещание в виде как бы судебного заседания под названием «Дело о желчных кислотах». К сожалению, я была больна и не смогла принять в нем участие, но послала в президиум для обнародования текст, который здесь привожу.

«Дорогие коллеги!

Это замечательно, что затеяно такое заседание, которое самим форматом предусматривает соревновательность, полемику и прения сторон. Но на этом процессе вовсе не представлена самая главная, самая заинтересованная сторона. Это те, для кого мы работаем, те, для кого создаются препараты – это наши пациенты.

Считаю себя призванной выступить их адвокатом, представить их интересы, как представляю уже почти 60 лет.

Скрещивая шпаги вокруг какого либо препарата, нельзя забывать о том, что для нас это нередко вопрос престижа, финансовой успешности и других, сугубо немедицинских проблем, а для пациентов – вопрос жизни, её качества и даже продолжительности. И мы не вправе допускать ошибок и перекосов – слишком пагубно это может отразиться на них.

Не совсем понимаю, почему в наших дебатах в качестве свидетельств за и против мы должны приводить преимущественно работы и данные других исследователей. Я занимаюсь УДХК 20 лет (первая работа опубликована в 1994г.) и как практикующий врач и у взрослых, и у детей, и как исследователь. Все исследования проведены на уровне доказательной медицины. Показаны многосторонние благоприятные эффекты УДХК и интересные механизмы ее действия, в частности, влияние на апоптоз, причем не одностороннее – антиапоптотическое, а регулирующее, нормализующее.

Я имею основания доверять этим результатам, так как знаю, как честно и тщательно они проводились. Все эти данные многократно доложены, в том числе и с этой трибуны, и опубликованы. Они не могут и не должны быть просто проигнорированы и сброшены со счетов.

На этом основании и как адвокат пациентов я утверждаю:

УДХК как препарат нужна пациентам. Попытки очернения препатата продиктованы не интересами пациентов. Они им прямо противоречат.

Призываю от лица своих и не только своих пациентов всех участников процесса быть справедливыми. Просто справедливыми. И этого будет достаточно, чтобы прийти к истине».

Для меня это вопрос чести и врачебной совести. И я очень надеюсь, что плод моего долгого «служебного романа» останется чистым и незапятнанным.